Современная архитектура антигуманна и не вписывается в историко-культурный контекст, разрушает любой ансамбль. Иными словами, важно не только что разрушили, но и что построили. Строительство здания современной архитектуры в историческом районе — уже само по себе есть акт разрушения. Причем разрушения, как правило, сознательного и корыстного. Ибо ведают, что и почему творят.

На мой взгляд, английский архитектор Норман Фостер – один из тех, кто в историю современной культуры вполне имеет шанс войти в числе виновников преступлений против человечества. Если вы любите Лондон, постарайтесь не замечать громадный серый огурец, сооруженный Фостером в Сити. Огурец в качестве доминанты городского пейзажа сменил купол собора Святого Павла — величественное здание Кристофера Рена стало казаться на его фоне маленьким. Наследник британского престола Принц Чарльз однажды заметил, что подобного рода новостройки, за которыми стоят весьма простые интересы спекулянтов недвижимостью, причинили столице Соединенного Королевства больший ущерб, чем налеты Люфтваффе.

Принц, разумеется, не прав. Разрушения, причиненные и причиняемые строителями и спекулянтами, гораздо больше, продолжаются на протяжении гораздо более длительного времени, и с ними труднее бороться, чем с налетами Люфтваффе. Кроме того, у меня лично нет полной уверенности, что виновников подобных действий удастся когда-либо отдать под суд и повесить, как это сделали с начальником Люфтваффе Германом Герингом.

Если Лондон был первым городом в Европе, подвергшимся опустошительному налету английских коммерческих архитекторов, то Москва становится местом, где их разрушительный гений разворачивается в полную мощь. Сначала Норман Фостер, развивая плодоовощную тему, начатую лондонским «Огурцом», решил соорудить в российской столице огромный апельсин, нарезанный ломтиками на берегу Москва-реки. «Апельсин» явно господствовал бы над панорамой города, удачно соседствуя с не менее огромным бронзовым Петром I работы Зураба Церетели. Под это дело требовалось снести новое здание Третьяковской галереи — Центральный дом художника, но картины вполне можно было вешать и в апельсине, тем более что там было бы для них отведено место — рядом с офисами, магазинами и роскошными квартирами.

Проект «Апельсина» встретил восторженный прием у властей и бизнеса, но, увы, натолкнулся на непривычно активное для российского общества сопротивление публики и был свернут. К тому же ставка делалась тогда на частные инвестиции, а началась рецессия.

Однако музейная тема явно увлекла архитектора, который теперь предлагает нашей столице новый шедевр в виде целого музейного городка — вокруг Музея изобразительных искусств имени А.С.Пушкина. Для создания музейного городка придется, правда, пожертвовать шестью старинными особняками, а заодно закрыть Институт философии Российской академии наук, на котором, в частности, базируется Государственный академический университет гуманитарных наук (ГАУГН, бывший ГУГН). Студенты вместе с преподавателями и исследователями окажутся на улице. Но, с другой стороны, зачем философам помещение? Вот древние греки философствовали в роще, которая как раз и называлась Академией. Тут и учебный процесс при необходимости можно наладить, где-нибудь по соседству, в Парке культуры и отдыха. Правда, климат немного подводит, не Греция у нас всё-таки. И время года неподобающее — зима на носу.

Но кому интересны злоключения студентов и философов, если проект Музейного городка оценивается в 40 миллиардов рублей, а на его территории планируется построить рестораны, бутики и сувенирные лавки, не говоря уже о многочисленных административных помещениях, без которых у нас в стране никакая жизнь невозможна. По странному стечению обстоятельств патронирует проект Министерство экономического развития (МЭР). Их с некоторых пор стали страшно волновать музеи.

Изящный архитектурный проект дополняется не менее изящным политическим аспектом. Идею «музейного городка» проталкивают уже не столичные, а федеральные начальники, обещая финансировать его из казенных средств и прикрывая это начинание мощным пропагандистским обеспечением. Видимо, учли опыт «Апельсина». На сей раз Институт философии сталкивают лбами с музеем. Как известно, у нас многие жалуются на упадок науки, культуры и образования. Вот, российские чиновники и занялись не просто строительством, а не больше, не меньше — спасением культуры и развитием музейного дела. А то, что во имя этого придется пожертвовать одним академическим институтом и одним университетом, так что же тут сделаешь! Как сказал герой О'Генри, «Боливар не вынесет двоих». Тут уж приходится выбирать — либо культура, либо наука с образованием!

Как ни удивительно, но эти аргументы не показались достаточно убедительными ни сотрудникам Института философии, ни студентам ГАУГНа, ни изрядному числу других людей, включая автора этих строк. Вокруг института разворачивается настоящая битва, его сотрудники отказываются выселяться, студенты грозят выйти на улицы, к молодым людям присоединились их родители, а преподаватели заявляют, что пойдут вслед за студентами. Общественное мнение, равнодушное к проблемам промышленности и социальным бедствиям, вновь проявляет неожиданную восприимчивость. Люди готовы протестовать. И дело тут не только в судьбе конкретных зданий или учреждений, но и в судьбе науки и образования как таковых, в отношении государства к гуманитарному знанию, общества — к общественной мысли. Видимо, настало время не просто спасать очередной академический институт, а создавать Комитет защиты философии.

Кстати, по решению ЮНЕСКО Всемирный день философии в этом году проходит как раз в Москве и Санкт-Петербурге. Мероприятия должны проводиться 17-18 ноября на базе всё того же Института философии РАН. Так что, скорее всего, до конца ноября философов из здания не выкинут. А возьмутся за них сразу же после этой даты, когда иностранные знаменитости, произнеся все полагающиеся по случаю речи, покинут пределы сего царства. Если основной вопрос философии состоит, как учит марксизм, в определении первичности материального или духовного начала, то федеральные чиновники, несомненно, уже решили его для себя — в пользу материального. Теперь они хотят передать соответствующее знание философам — экспериментальным путем. Попробуйте пофилософствовать на зимнем морозе, быстро поймете, что первично...

Жаль, что из всего богатства марксистской мысли в Министерстве экономического развития, похоже, усвоили только это...

Автор - руководитель Института глобализации и социальных движений. Специально для «Евразийского Дома»

05.11.2009