УКРАИНА

Валерий ГЕЕЦ, директор Института экономики и прогнозирования НАН Украины, Киев

15-летний период переговоров о вступлении Украины в ВТО успешно завершен. Мы считаем, что вступление Украины открывает целый ряд возможностей, которые предстоит использовать и получить результат. Мы прекрасно понимаем при этом, что результат не гарантирован. Мы понимаем также, что есть и определенные угрозы. Рамки конкуренции расширяются.

Открывая возможности для развития экономики, это дает надежду, что будущее уже не может развиваться в автаркическом режиме. К этому стремится любая страна, чтобы такая стратегия была успешной.

Мы не должны относиться к ВТО как к фетишу. Количество проблем существенно не уменьшится. Произошло событие важное, но для стратегии будущего не определяющее. Можно сделать огромную массу ошибок и не получить никакого результата от ВТО.

Украина пришла в организацию, в которой 151 страна. Там совершенно разные страны. Жизнь будет толкать страны к образованию групп интересов. Украине придется искать партнеров по переговорам. Поэтому с Россией нас могут объединить общие интересы в рамках ВТО.

Разлом будет идти по поиску того, как защитить свои экономики от того, что несет с собой глобальная конкуренция. Поскольку в глобальном пространстве происходит регионализация. Будут происходить вещи, которые ВТО не регламентируются. И они будут определяющими.

Владимир СИДЕНКО, член-корреспондент НАН Украины, Киев

Несмотря на то, что вступление Украины в ВТО, безусловно, важное событие, мне представляется, что последние дни здесь присутствует излишний драматизм и значительная гиперболизация. Такое впечатление, что Украина вступила в ЕС, а не в организацию, среди 151 членов которых присутствует много стран с уровнем развития ниже Украины. Поэтому, мне кажется, что оценки, будто вступление является признанием реформ в Украине, это в некоторой степени преувеличение.

ВТО сейчас находится далеко не в лучшей форме. И те регулярные кризисы, которые в итоге привели к приостановке в июле 2006 года процессов многосторонних переговоров в рамках ВТО, - это симптоматичный факт. Он негативно влияет на баланс плюсов и минусов для Украины.

Украина приняла обязательства в формате «ВТО+». То есть в формате, который содержит в том числе обязательства, не распространяющиеся на старых членов ВТО, особенно тех, кто получил членство в рамках ГАТТ.

Этот формат был специально выработан, чтобы спроектировать и спрогнозировать условия настоящего ВТО (Дохийский раунд), с более глубокой либерализацией экономики, но раунд приостановлен. Когда он возобновится, неизвестно. Если он и возобновится, то формат договоренностей будет существенно меньше, чем это предусматривалось в начале переговорного процесса.

Поэтому образуется некоторая асимметрия между теми плюсами, которые мы получим в результате доступа к рынкам других стран, и той ценой, которую мы реально заплатили за этот доступ.

Меня настораживает тенденция, что мы ожидаем, будто на нас свалятся плюсы от вступления, как снег на голову. Но опыт стран, которые проходили этот путь до Украины, показывает, что, чтобы реализовать плюсы, нужно очень постараться, иметь соответствующую кадровую подготовку, организационные системы. Реализация преимуществ ВТО представляет сложную проблему, решить которую можно в более долгосрочном периоде.

В то же время те риски, которые возникают от членства в ВТО, придут сразу после вступления. Поэтому если в долгосрочном плане мы видим безусловное преобладание плюсов над минусами, то в краткосрочном вопрос в значительной мере зависит от того, как будет вести себя украинская власть.

Мне кажется, что, к сожалению, пока к этому наша власть не готова. Она занимается внутренними политическими разборками. И в таком состоянии я сомневаюсь, что она будет способна принимать адекватные и своевременные решения.

При этом для России срок вступления в ВТО не имеет критического значения. Напротив, возможны встречные требования в газовой сфере, которые для Украины критичны. Поэтому выдвигать некритичные требования, рискуя получить критичные, - это не совсем разумная политика.

Украине выгоднее, чтобы Россия была членом ВТО, поскольку это связывает ее дисциплиной. Это выгодно и западным союзникам Украины – США и ЕС, чей бизнес последние годы чувствовал себя на российской территории неуютно.

Нельзя исключать попытки политизировать проблему вступления России в ВТО. Украине важно не драматизировать и не гиперболизировать свои возможности в области давления на Россию в связи с процессом приема.

Что касается газовой сферы, то здесь неизбежен переход на европейские цены. Вопрос только в том, чтобы этот процесс был регулируем и не политизировался.

Леонид КАЗАЧЕНКО, президент Украинской аграрной конфедерации, Киев

Для наших коллег в Украине тема вступления в ВТО очень актуальна. Сельское хозяйство Украины – огромная отрасль, потенциал которой далеко не реализован. И мы понимаем, что членство в ВТО позволит существенно увеличить экспорт сельхозпродукции.

Сегодня на украинском рынке продовольствия 91-92% – это отечественные производители. При вступлении в ВТО мы потеряем сразу 9-10% рынка.

Самое главное, что членство в ВТО дает нам возможность того, что правительство берет на себя обязательство существенно либерализировать аграрную политику. В этом плане, мы считаем, были большие проблемы. Мы понимаем, что либерализация открывает новые возможности на увеличение экспорта, лучше будет возмещаться НДС.

Вместе с тем, будет более жесткая конкуренция на внутреннем рынке. Это будет стимулировать украинский аграрный бизнес инвестировать в производство, чтобы отвечать на этот вызов.

Есть еще один важный аспект. В отношениях России и Украины существует проблема исключения из списка тех товаров, которые продавались беспошлинно на территории наших стран. У нас из этого списка исключены сахар, спирт, карамель.

Если сбалансировать плюсы и минусы, то на первом этапе мы будем в минусах. Валовая продукция в АПК будет иметь небольшой спад. Особенно потеряют производители сахара. Если сахар будет предметом обсуждений по линии ВТО-Россия, то, может, мы ничего и не потеряем. В этой отрасли будет самая жесткая конкуренция. Но если мы откроем российский рынок, будет все нормально.

Андрей ЕРМОЛАЕВ, директор Центра социальных исследований «София», Киев

В Украине, кроме отдельных групп антиглобалистов, ярых противников вступления в ВТО не было. Проблема в том, что нет понимания, что мы будем делать.

В сухом остатке выгоды от вступления в ВТО, судя по заявлениям властей, получают металлурги, текстильщики и те, кто будет выращивать рапс. Все остальное – в форме пожеланий, предложений бизнес-классу пошевелиться, подумать, как модернизироваться, стать конкурентнее.

То есть, у нас есть большое желание хорошо торговать, но отсутствуют приоритеты в национальной торговле. Нет широкой дискуссии ни о промышленной политике на глобальном рынке, ни об аграрной, о том, какой тип конечной продукции будет продвигаться. Как результат мы только сейчас начинаем слышать о том, что необходимо разработать программы, обеспечивающие интересы отраслей на глобальном рынке.

Вся эта дискуссия проходит на фоне трех содержательных вызовов, на которые пока нет ответа. Первый вызов – ускоренная транснационализация сырьевого сектора украинской экономики. В течение 2007 года и, судя по заявкам, в 2008 году большинство финансово-промышленных групп, связанных с украинской металлургией, химической промышленностью, горной металлургией, в той или иной степени сливаются, находят партнера в рамках транснациональных структур. Характерно, что большинство из них имеют российские корни.

Поэтому когда наши политики говорят о преимуществах металлургии, тут надо выделять две части. Речь идет о том, что в этой отрасли будет стабильная прибыль для бюджета или речь, что это будет составной частью политики сотрудничества с национальными ФПГ на внешних рынках, или речь идет о новой формуле взаимоотношений с транснациональными компаниями, которые пришли в украинскую экономику, зная, что она станет частью большого рынка. Здесь толкового ответа на этот вызов я не услышал.

Второй момент – неопределенность судьбы оборонного комплекса. Огромная сфера, до сих пор остающаяся куда более информационно закрытой, чем российская, еще не приватизирована до конца. Плюс вопрос на соответствие стандартам НАТО, если Украина присоединится к Плану действий по членству в НАТО.

Третий вызов – речь идет о перспективах сельского хозяйства. У нас отложена земельная реформа, связанная с перспективой появления института частной собственности на сельхозугодия с соответствующим процессом перераспределения земельного актива. Уже сейчас можно предполагать, что с вызовами столкнется все мелкотоварное производство, например, фермерские хозяйства. Это приведет к очень быстрому укрупнению аграрного хозяйства.

Вопрос, не будет ли связана земельная реформа со стихийным перепрофилированием украинского АПК. Сохранение зернового статуса и пропаганда биоэтанола приведет к тому, что агросектор станет энергетическим.

Есть еще одна проблема. Украина, вступая в ВТО, должна выбрать между теми, кто конфликтует с индустриальными странами, и теми, кто занимает консервативную позицию. Здесь вступает подноготная история ВТО. ВТО – это структура, которая продвигала продукцию индустриальных стран на развивающиеся рынки. Вступая в ВТО, чем мы можем гордиться? Это продукция с низкой добавленной стоимостью, сырье, даже в сфере продовольствия. Это означает, что постепенно входя в ВТО, Украина может измениться в качестве до положения индустриально-аграрной страны с преобладанием сырьевой компоненты.

Я не исключаю, что дымовая завеса, созданная ожиданием больших денег, закончится большими потерями и, возможно, перепрофилированием наших отраслей под давлением товарной экспансии. Мы превращаемся в страну-экспортера продовольствия, в страну с частичным машиностроением. По всей видимости, мы должны будем расстаться с высокотехнологичными отраслями, о приоритетности которых уже никто не говорит. Сырьевой сектор будет транснациональным, с очень большой зависимостью от российского капитала.

РОССИЯ

Руслан ГРИНБЕРГ, директор Института экономики РАН, Москва

Недавно индийский министр сказал, что ВТО находится в состоянии между кремацией и реанимацией. Мне кажется, это большое преувеличение. То, что Украина стала членом ВТО и Россия также скоро может войти, – это важно, что все мы присоединяемся к «Конституции» мирового хозяйства. Конституция часто нарушаются, но без нее жить нельзя.

Украину и Россию объединяет то, что последние годы наши экономики стали расти. Но есть общая проблема – это примитивизация экономики. Строго говоря, вступление в ВТО эту ситуацию только усугубляет, потому что обостряется конкуренция. Ни Россия, ни Украина осознанную структурную политику не проводили. Теперь создается единое экономическое пространство – по крайней мере Украины-ЕС. И в наших двусторонних отношениях придется пересматривать многие вещи, пересматривать условия.

Самое главное – мы должны четко разграничить зоны, где мы можем конкурировать, а где мы можем сотрудничать. Нам нужно совместно остановить примитивизацию экономик. Нужно попытаться кооперироваться в авициационном комплексе, ВПК все-таки восстановить.

Федор ЛУКЬЯНОВ, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике», Москва

Если Россия не успеет завершить процесс вступления в ВТО за четыре месяца, которые остаются до полноценного членства Украины, то после этого мы можем достаточно длительный срок вести переговоры с Украиной. Это вполне нормально. Не использовать ВТО в случае украинско-российских торгово-экономических споров было бы довольно странно. Но ожидать легкого процесса не вижу оснований.

Проблема свободной торговли имеет мощную политическую составляющую. Повсеместно, прежде всего в развитом мере, наблюдается всплеск протекционистских настроений. Это не перешло в новую тенденцию, не стало разворотом мировой экономики. Но то, что изменился климат, очевидно. Провал Дохийского раунда – это одна сторона. Другая сторона – это опасения, которые испытывают финансово-экономические и политические власти США и стран ЕС по поводу возможности прихода больших денег из развивающегося мира. Почему в этом случае отношение к свободе торговли на Западе меняется? Атмосфера неуверенности способствует росту сомнений относительно жизнеспособности идеи свободной торговли.

Возникает очень серьезный вопрос – мы куда вступаем, что ВТО представляет из себя сегодня и что она будет представлять через лет пять, когда китайская экономика укрепится еще больше, Индия будет активнее.

Что касается российских перспектив, то у нас скорее отрицательное отношение. Главным сторонником вступления России в ВТО всегда был президент Владимир Путин. Хотя энтузиазм последнее время сильно угас.

Ксения ЮДАЕВА, научный руководитель Центра стратегических разработок, Москва

Не стоит сильно сгущать краски и говорить, что даже в краткосрочной перспективе есть огромные минусы от членства в ВТО. Все подсчеты, во всяком случае для России, показывают, что баланс убытков совсем небольшой. Долгосрочные выигрыши для России – порядка 6% ВВП, среднесрочные – 3%.

При вступлении в ВТО всегда есть переходный период, в течение которого будут вводиться меры, так что негативные эффекты будут распределены во времени и у предприятий, и у властей будет некоторый люфт, в рамках которого можно будет приспособиться к ситуации.

Я бы скорее рассматривала вступление Украины в ВТО как вызов России. Нужно не бояться проблем, которые возникают, а постараться максимально использовать те преимущества, которые вступление в ВТО дает.

При этом технически, как я понимаю, у России есть возможность закончить переговоры по ВТО до того, как Украина в принципе сможет включиться в переговорный процесс и начать выдвигать какие-то переговорные требования. Если этого не произойдет, Украина сможет выдвигать свои требования. Но, на мой взгляд, Украине очень выгодно, чтобы Россия вступила в ВТО как можно быстрее. Россия, не будучи членом ВТО, может гораздо больше мер выдвигать против украинской экономики. У Украины нет серьезных аргументов к затягиванию переговоров.

Материал основан на выступлениях экспертов в Российском агентстве международной информации «РИА Новости», организовавшем 8 февраля видеомост Москва-Киев на тему: «Украина в ВТО: плюсы и минусы».

11 февраля 2008 г.